05.09.2014 | 10:37

Дмитрий Крымов готовит спектакль "Ой, поздняя любовь"

«Драма бабочки, попавшей в шахту» – так режиссёр Дмитрий Крымов определяет суть своей новой работы. В основе спектакля под названием «Ой, поздняя любовь» – «почти» одноимённая пьеса Островского. Журналистам известно, что Крымов – не красноречив. Но те, кому удавалось его разговорить, смогли сформулировать и принцип его режиссуры: «ставить надо всегда про сегодня, и так, чтобы люди плакали». Что ожидает зрителей этой постановки – в материале  «Новостей культуры». 

«Ой, поздняя любовь». Оригинальное название Островского Дмитрий Крымов почти не изменил. Он впервые ставит русскую пьесу. Работа с театральной классикой – для него уже эксперимент. Театр, внимательный к тексту, для Крымова, который в первую очередь художник, – настоящая революция.

«Это все пьеса Островского. Мы не меняли ни порядок, сколько есть действующих лиц, сколько и есть, все их тексты и монологи сохранены. В этом был мой интерес – попытаться, не поломав деревьев, войти этот березняк», - рассказывает режиссер Дмитрий Крымов.

Тексты Островского сохранились. Но и Крымов остался собой. Мальчики играют женских персонажей, девочкам предстоит быть мужчинами. Чтобы начать репетицию в полдень, актеры – вернее студенты ГИТИСА – пришли в театр рано утром. То, что на сцене придётся быть не голубоглазой красоткой, а неприятным господином, юную актрису совсем не расстраивает.

«Мы привыкли воспринимать картинку и не считываем то, что за ней. Вот красивая девушка на сцене, и что мужчины, что женщины в зале смотрят на ее шикарные волосы, красивые глаза, длинные ноги. А здесь ты не берешь красотой, ты берешь другим. Ты берешь мастерством», - объясняет студентка ГИТИСа Вероника Тимофеева.

Константин Муханов играет Варвару Харитоновну Лебедкину - полгода репетировал в туфлях на размер меньше. Просто найти обувь на каблуке его размера – совсем не просто. Но все эти переодевания – не для смеха. В том мире, который воплощают актеры, мужчины очень слабые, женщины слишком брутальные. Чтобы показать, до какой грани может дойти человек, – актеры в образе персонажа другого пола не должны допускать гротеска ни в малейшей степени – быть максимально естественными.

«Я пытался - голос, манеры, еще что-то. Приносил все это на репетиции, и постепенно Дмитрий Анатольич все это убавлял, убавлял, убавлял. И когда практически убрал все, сказал: «Вот, теперь я понимаю, что это женщина». Как ни странно, наверное, все это внутрь проникало. Я не понимаю», - размышляет студент ГИТИСа Константин Муханов.

Режиссер – в бесконечном поиске тех средств, которые способны тронуть глубоко. Соединение двух разных подходов – психологизма и материального театра, чтобы в классических характерах узнавались сегодняшние люди.

«Моя задача, чтобы текст не главенствовал, чтобы текст был, тема была, Островский был, он весь здесь. Но только вы берете Островского, а он весь режется, он острый. Это люди, которые сейчас здесь, с нами», - рассказывает Дмитрий Крымов.

Жанр своего эксперимента Дмитрий Крымов определяет в духе постмодерна. Игра с Островским, прогулка с Островским, жестокая клоунада.

 

Новости культуры