07.08.2014 | 15:53

Исполнилось 155 лет со дня рождения выдающегося архитектора Фeдора Шехтеля

«Кто такой Шехтель? — спрашивал в газетной статье Чехов. — Спорю на пять рублей кредитными бумажками, что иностранец. Но хвалю». Фёдор Шехтель — действительно, потомок баварских колонистов, переселившихся в Поволжье при Екатерине. И, безусловно, отец русского модерна в архитектуре рубежа веков. Сегодня исполнилось 155 лет со дня рождения зодчего. Гениальный и разносторонне одарённый художник, Шехтель строил в Таганроге, Нижнем Новгороде, Краснодаре. Но большинство идей воплотил в Москве. Рассказывают «Новости культуры».

«Любить искусство и творить сказку» — эти слова стали девизом Федора Шехтеля. Немец по крови, считавший себя русским зодчим, «талантливейший из всех архитекторов мира», — так говорил о нем Чехов — отчисленный из училища за «плохую посещаемость». Первый громкий успех Шехтелю принес замок в неоготическом стиле на Спиридоновке, построенный для супруги Саввы Морозова.

«У него была очень богатая фантазия, подпитанная театральной жизнью, и желание создать такую среду для жилья, как в театре, построенную на смене картин, — рассказывает научный сотрудник музея архитектуры имени Щусева, исследователь творчества Шехтеля Людмила Сайгина. — Проект этого дома он сделал в очень большом объеме, здесь все листы проштампованы. У нас в музее около ста двадцати листов, и один из них семьсот шестьдесят какой-то. Представляете, сколько!»

«В каждом доме должен быть сюжет: в каком-то — рассказ, в каком-то — романс», — считал Шехтель. Этому правилу он следовал в своей работе. Будь то здание Ярославского вокзала, напоминающее русский терем, или интерьеры и убранство МХТ, вплоть до занавеса с летящей чайкой, или дома, возведенные для купцов и банкиров.

Визитной карточкой архитектора стал особняк Рябушинского на Малой Никитской. С улицы сразу не поймешь, сколько в нем этажей. Все окна разной формы и высоты, диковинные решетки и ограда в стиле ар нуво.

В холле особняка Шехтель создал иллюзию подводного мира. Здесь и фонари-спруты, и знаменитая лестница в виде падающих волн, в которой, по словам специалистов, «выплеснулся весь модерн». Сейчас в доме Рябушинского расположился музей Горького — пролетарский писатель жил в этом здании в 30-х годах. Сам Максим Горький особняк не жаловал, говорил: «Величаво, грандиозно, улыбнуться не на что». А вот дом Шехтеля на Большой Садовой выглядит довольно скромно. Этот особняк архитектор построил для себя и своей семьи.

«Самым любопытным здесь является барельеф, который изображает Афину Палладу — богиню мудрости и муз, представляющих различные виды искусства, — отмечает историк архитектуры и искусствовед Илья Печенкин. — Этот дом замышлялся Шехтелем, как обитель искусства. Этот особняк был не просто жилищем семьи Шехтелей, здесь же устраивались, например, художественные выставки молодежи, здесь экспонировались работы друзей и коллег.

После революции Федор Шехтель потерял все — дом, мастерскую, заказчиков. Ему пришлось перебраться в тесную коммуналку. Пытаясь приспособиться к новой жизни, Шехтель работал над проектом ирригации Туркестана, строил на бумаге Днепрогэс. Но его идеи отклонялись одна за другой: фантазия и изобретательность архитектора оказались не нужны советской власти. Среди неосуществленных замыслов – проект Мавзолея Ленина.

«Он создал исторический образ центрического сооружения, который завершала пирамида, — рассказывает научный сотрудник музея архитектуры имени Щусева Анна Кистанова. — Стоял он на основании полуциркульных арок, которые напоминают о грановитой палате Московского Кремля. Этот проект не соответствовал требованиям новой политики, и по своим формам проект Щусева был более выгодным.

«Я строил дома для богатейших людей — и остался нищим. Глупо, но я чист», — писал незадолго до смерти Шехтель. Около сотни его шедевров, определивших облик столицы начала прошлого века, и сейчас украшают Москву. А на звездной карте была открыта малая планета, названная в его честь.

Новости культуры