21.06.2011 | 09:29

"Знаки неба и земли" в творчестве Бориса Смирнова-Русецкого

Персональная выставка работ художника и философа Бориса Смирнова-Русецкого открылась в государственном Литературном музее, в его филиале. Наследие Смирнова-Русецкого активно изучается в последнее десятилетие. Художник-идеалист, представитель петербургской русской аристократии, один из тех, кто не успел эмигрировать после Октябрьской революции и прошел сталинские лагеря. Его часто называют «русским Леонардо», и он действительно был человеком подлинно ренессансной одаренности. Рассказывают «Новости культуры».

Русский символист Смирнов-Русецкий никогда не вписывался ни в какие рамки. Ему чужд и соцреализм, и революционный формализм. Этот идеалист всегда неудобен режиму: повинуется ли он космогонической концепции Кандинского, или переосмысливает неземные пейзажи Чюрлениса и Рериха. Его арестовывают 23 июня 41 года – на второй день войны.

«Уже во время войны неизвестные работы Бориса Алексеевича начинают атрибутироваться как вещи Николая Рериха – с этим мы сталкиваемся и сейчас – и во многих музеях до сих пор висят ранние работы Смирнова-Русецкого, либо копии, которые он делал, которые атрибутированы Рерихом», - рассказывает куратор выставки Любовь Агафонова.

Два ареста, 14 лет лагерей и ссылки. Утонченно-изящные, словно графические пейзажи удавалось писать тайком. В 90-х годах художник подарил свои ГУЛАГовские работы музею общества «Мемориал». На выставке представлены 24 из них, некоторые написаны на пачках от папирос.

«Первые годы художник обязательно находился на общих работах. Возникала колоссальная проблема и с бумагой, и с карандашом, - рассказывает искусствовед, хранитель музея международного общества «Мемориал» Светлана Фадеева. – В той коллекции работ, которая у нас хранится, большинство работ выполнено простым карандашом – их можно было легко спрятать».

Преподаватель Бауманского института, блестящий инженер – до сих пор в архивах сохранились чертежи его уникальных изобретений – после лагерей он придумывает свой рецепт масляных красок, которые не теряют блеска и не осыпаются. И в его картинах маслом зритель увидит те же темы, что в ГУЛАГовских миниатюрах. Только теперь – в другом формате.