11.06.2014 | 09:40

"Дон Жуан" на сцене Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко

Накануне в музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко состоялась последняя премьера сезона. «Дон Жуан» Моцарта впервые представлен на его подмостках. Режиссёр Александр Титель решил сказать своё слово в истории интерпретаций и постановок, которая длится уже более 200 лет. Первая премьера оперы великого австрийца, напомним, состоялась в 1788 году. У Александра Тителя уже есть опыт Моцартовских постановок. Но эта история – особенная. Рассказывают «Новости культуры».

До премьеры спектакль показали только избранным – друзьям, коллегам. Одним из первых пришел главный дирижер Большого Туган Сохиев, с ним – начинающие оперные звезды. На этот раз - в числе зрителей и режиссер Александр Титель. А за кулисами последние наставления артистам дает дирижер Уильям Лейси.

«Я не верю, что можно добиться аутентичности, ведь я не был в Праге, когда состоялась премьера “Дон Жуана”, – говорит Уильям Лейси. – Но я требую от артистов честности в исполнении, пытаюсь, чтобы они сами для себя поняли, о чем это произведение».

Для Уильяма Лейси этот Дон Жуан – четвертый. Моцарта сравнивает с Шекспиром – говорит, с каждым новым прочтением музыка все интереснее. Хибла Герзмава со своей героиней – Донной Анной – тоже встречается не впервые – эту партию исполняла и в Ковент-Гардене и в Венской Штатсопере. Но, уверяет, здесь волнуется в два раза сильнее.

«Мне кажется, что наш спектакль очень сильный, – отмечает народная артистка России Хибла Герзмава. – И позволю себе сказать, что я с удовольствием работаю в этом спектакле, и мне кажется, что очень красивый спектакль, и гораздо интереснее, чем те спектакли, которые я делала в других театрах».

Несколько десятков фортепиано собраны в минималистичную конструкцию, преображающуюся в сотни виноградных гроздьев. Музыка и вино, романтика и ирония, страсть и трагедия. Декорации Адомаса Яцовскиса для режиссера Александра Тителя стали неожиданным воплощением этой веселой драмы.

«Мы оба хотели, чтобы это было предельно минималистично, чтобы ничто не мешало, только могло помогать актерам, и чтобы это максимально помогло проявить бесконечную музыкальность этой оперы», – рассказывает Александр Титель.

Для Дмитрия Зуева роль Дон Жуана оказалась совсем непростой. На репетициях – постоянные злополучные удары шпагой, да и вне театра, кажется, Моцарт не отпускает.

«Ты даже когда финал поешь, у тебя такое ощущение, что каждый раз огромная часть тебя уходит, – признается Дмитрий Зуев. – Не понимаешь, с чем связано. Я уже привык умирать, но настолько это все захватывает. Настолько это все реально, нереально, что под конец ты даже теряешься, не можешь отличить какие-то вещи, что с тобой происходит».

О силе этой музыки режиссер предупреждал артистов еще до начала репетиций. Неслучайно «Дон Жуана» называют самой загадочной из всех моцартовских опер, где смешались маски и лица, жанры и стили, реальность и иллюзорность. В этой постановке мистики добавляет еще и отсутствие точных временных акцентов.

Новости культуры