01.07.2011 | 16:01

Кино без правил. Версия Вернера Херцога

Немецкий режиссер Вернер Херцог, устроивший на Московском международном кинофестивале ретроспективу своих фильмов, рассказал на мастер-классе в пятницу о том, что должен уметь кинематографист, чтобы его фильмы позволяли достичь экстатического понимания реальности. Эта встреча была больше похоже на исповедь мастера.

"Все существующие киношколы занимаются какими-то глупостями. Так что я основал собственную школу, она называется "Плутовской" (The Rogue Film School)", - начал автор "Агирре, гнева божьего" и "Фицкарральдо" свое выступление, которое программный директор ММКФ заявил как "главное интеллектуальное событие фестиваля".

Он объяснил, что у плутовской киношколы нет ни помещения, ни четкого расписания занятий, - студенты собираются на 3-4 дня два или три раза в год. Место всякий раз определяется новое - в этом году, например, все происходило в дешевой гостинице рядом с лондонским аэропортом Гэтвик. Но местом сбора может стать и волейбольная площадка. Принципы отбора участников достаточно гибкие: соискатели должны прислать на суд мастера короткометражный фильм и, теоретически, должны быть практикующими режиссерами, однако в Херцог принял в школу поэта и даже кочевника-туарега из алжирской пустыни.

"Я всегда предпочитаю иметь дело с людьми, которые познают мир, ходя по нему пешком", - заявляет режиссер. Он рассказал, что для него лично такие пешие походы сыграли огромную роль - в частности, в 14 лет, в тот момент, когда определялась вся его дальнейшая жизнь, он обошел по периметру всю албанскую границу. "Поначалу идти трудно, но это приносит величайшую радость, фактически экстаз, мир открывается передо мной, и внезапно все становится легко", - признался Херцог.

Второй важный способ познания мира, согласно его теории, - чтение. "Если вы не будете читать, вы никогда не станете кинематографистами", - говорит режиссер своим ученикам, для которых введен целый список обязательного чтения, куда входят "Георгики" Вергилия (принцип, на котором основано это произведение, по словам Херцога, лежит в основе его фильма "Встречи на краю света", снятого в Антарктиде), обе "Эдды", рассказ Хемингуэя и официальный отчет о расследовании убийства Кеннеди, который режиссер считает литературой редкой насыщенности.

Методы Вернера Херцога напоминают знаменитого доктора Хауса. "Первый навык, который я преподаю в своей школе, - как вскрывать замки и проникать в разные помещения. Когда я хожу пешком, я всегда ночую в пустых домах, но ничего там не трогаю, а перед уходом запираю за собой дверь. Еще один обязательный предмет для начинающих - краткий курс подделывания документов", - заявил режиссер. Он объяснил, что без подделок, в частности, никогда не смог бы снять один из самых знаменитых своих фильмов, "Фицкарральдо" (1982, приз за лучшую режиссуру в Канне), где действие происходит в джунглях Амазонки. Для того чтобы преодолеть один из блок-постов, обнаружившихся на реке, режиссеру пришлось подделать разрешение на съемки за подписью президента Белаунде, президентского секретаря и нотариуса, снабженное всеми положенными штампами и печатями и написанное на цветистом испанском, свойственном администрации тех мест.

И вообще, убежден Херцог, было бы четкое видение, а средства - найдутся. Умение идти к своей цели, а не ждать мифической поддержки со стороны, по мнению мастера, приводит только к успеху. Ведь кино можно снять практически бесплатно, если понимать, что именно хочется делать. Вернер Херцог знает, о чем говорит. "Свои первые 11 фильмов, включая "Агирре, гнев божий" (1972) я снял на камеру, которую украл из института. По идее, она предназначалась для молодых, подающих надежды режиссеров, но мне ее не давали. И вдруг я на 10 секунд оказался один в помещении, где хранилось оборудование. Я быстренько схватил самую лучшую камеру и ушел", - рассказал он.

Документалист должен не только видеть цель и верить в себя. По мнению Вернера Херцога, хороший режиссер - хороший рассказчик: "Если вы хороший рассказчик, вы сразу понимаете, что именно вам нужно потом, в работе. Каким-то образом я очень четко представляю историю зрительно, ее видеоряд. Поэтому порой на написание сценария у меня уходит всего два с половиной дня, как это было в работе над фильмом "Агирре".

Херцог сообщил, что режиссером решил стать в 14 лет: это - наряду с католической верой - было одним из озарений. "Я понял, что должен стать поэтом кинематографа, но еще не понимал, смогу ли выдержать ту ношу, которую возложил на собственные плечи. Размышляя об этом, я провел целую ночь у замерзшего озера и решил, что готов принять вызов, а также - что я никогда не буду бояться", - признался он. 

Свой первый фильм он увидел всего за три года до описанных событий. "Я вырос в горах Баварии и умел подоить корову, но до 11 лет я даже не знал, что кинематограф существует, а первый телефонный звонок совершил, когда мне было 17", - объяснил Херцог.

Фильмы, как и важные для жизни решения, настигают режиссера подобно озарениям - он видит их так же ясно, как зритель, смотрящий на экран, "они приходят, как незваные гости, как воры в ночи". На то, чтобы превратить увиденное в сценарий, времени нужно очень мало. "Агирре", по словам Херцога, был написан за два с половиной дня.

"В это время я ехал со своей футбольной командой в автобусе. Мы везли две бочки баварского пива для команды, с которой должны были играть в Италии, но так получилось, что первую из них опустошили уже в Австрии. Я строчил сценарий на маленькой пишущей машинке, которую держал на коленях, а вокруг меня пьяные вдребадан молодые люди горланили непристойные песни. Самое ужасное, что наш высоченный голкипер постоянно пытался заглянуть мне через плечо и прочесть, что я пишу. В конце концов его вырвало прямо на страницу, так что часть написанного пришлось выкинуть в окно. Так пропала пара превосходных сцен - я до сих пор так и не вспомнил, что там было", - рассказал режиссер.

"Самое сложное - это не технические сложности, а одиночество", - утверждает Херцог. В качестве примера он привел историю создания все того же "Фицкарральдо": по ходу съемок в него самого стреляли из винтовки, а в индейцев, которые ему помогали, - из лука с почти двухметровыми стрелами; в месте, где он разбил лагерь для съемочной группы и тысячи индейцев из массовки, началась приграничная война между Перу и Эквадором, Джейсон Рейбардс, который должен был играть главную роль, тяжело заболел, и пришлось на самолете эвакуировать его в Штаты; Мик Джаггер из The Rolling Stones, который был вторым кандидатом в главные герои, вынужден был покинуть съемочную площадку и отправиться в турне; в итоге пришлось взять в джунгли сумасшедшего Клауса Кински. К этому следует добавить пару разбившихся самолетов, оператора, которому камера раздробила руку, когда корабль попал в пороги и стукнулся об скалу, и прочие напасти.

"Когда ты начинаешь делать фильм, обратной дороги нет. Этот как самолет - если он уже разогнался, остановиться невозможно, приходиться взлетать. Но в любом случае самое сложное - не проблемы, а одиночество. Со мной в джунглях было больше 1000 людей, но спустя две недели никто уже не верил, что мы сможем перетащить пароход через гору, как предполагалось по сценарию.  Тросы толщиной с человеческую ногу лопались от напряжения, а эта махина не сдвигалась с места. Спокойствие сохранял один я, и со мной не было никого", - рассказывает Херцог, изложивший историю создания "Фицкарральдо" в отдельной документальной картине "Бремя мечты".

"В данном случае имела место экстремальная форма одиночества, но, если вы начнете снимать фильмы, это ожидает вас ежедневно. Возможно, не в столь драматичной форме. Но вы должны быть в состоянии принять одиночество", - предупредил он своих слушателей.

Многие фильмы Херцога снимались в экстремальных условиях - в Антарктиде, джунглях, под землей, как в привезенной на ММКФ "Пещере забытых снов", или камере смертников, как в следующей картине режиссера, которая будет показана на кинофестивале в Торонто. Однако Вернер Херцог уверен, что не стоит гнаться за экзотикой, каким бы привлекательным ни казался этот путь: "Тут нужно проявить осторожность и не думать, что нужно срочно что-то взять у аборигенов и начать это срочно внедрять в современную жизнь. Гораздо важнее, например, сохранять, оберегать их язык, культуру. Так, в Австралии умер несколько лет назад старик, который оставался единственным носителем языка своего племени. Он умер и с ним исчезло все. А представьте, что однажды так исчезнет русский или испанский язык. Бесследно исчезнет Толстой, Пастернак… У меня, кстати, есть такой кинопроект, связанный с носителями исчезающих языков, - сообщил Херцог. -  А у вас на крайнем севере остались некоторые народности, которые насчитывают всего по десять-пятнадцать человек. "Зеленые" спасают только редкие виды растений или китов, но я ни разу не слышал, чтобы они спасали вымирающие языки или культуры. Уже через 50 лет наша планета сильно обеднеет".

"Всего я снял шестьдесят фильмов, - говорит мастер. - Что я не снял? В Мексике про ацтеков. Это очень дорогой проект, но к нему можно вернуться всегда, в любой момент. Сейчас я снимаю пять фильмов, и на очереди у меня еще пять–шесть, но я готов работать и дальше, постоянно, до последнего вздоха".