07.05.2014 | 11:58

К 200-летию со дня рождения Михаила Лермонтова

Новую экспозицию готовит литературный музей Пушкинского дома в Петербурге. Она будет посвящена 200-летию со дня рождения Михаила Юрьевича Лермонтова. Тут стоит вспомнить строки 18-летнего поэта, помните, в стихотворении «Нет, я не Байрон, я другой» он писал: «Кто толпе мои расскажет думы? Я – или бог – или никто!». Юный гений не предполагал ещё одного варианта, он не учёл стараний современников сохранить любые свидетельства, и не мог предвидеть будущих глубоких литературоведческих, научных исследований его творчества. Экспонаты предстоящей выставки не были предназначены широкой публике. Сообщают «Новости культуры». 

Основа собрания - уникальная коллекция, которая собрана еще в XIX веке при Николаевском кавалерийском училище. Рукописи, рисунки Лермонтова, его портреты, изображения родных, друзей, окружения, личные вещи поэта - всего 2 тысячи единиц хранения.

«Это первый лермонтовский музей, общественный, собранный из первых рук. Процессом руководил Александр Александрович Бендерлинг - начальник училища. Будучи сам офицером и кавалеристом, имеющим очень тесные связи с офицерами, получил очень многое непосредственно от современников, родственников, соучеников Лермонтова», - рассказывает зав. литературным музеем Пушкинского дома Лариса Агамалян.

Сейчас все раритеты заперты в фондах - в Литературном музее Пушкинского дома готовятся обновить основную лермонтовскую экспозицию. Ждет переиздания академическое собрание сочинений, все документы оцифровывают. А летом на юбилейной выставке впервые представят то, что раньше могли видеть лишь избранные.

Юнкерская тетрадь Лермонтова - около двухсот графических рисунков воспитанника Школы гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров.

Здесь нет текстов, только рисунки, сделанные за два года обучения военному делу. Однако среди быстрых, иногда странных набросков прослеживаются сюжеты будущих произведений. Лихая тройка - из стихотворения «Родина», сцены дворянской жизни - из «Героя нашего времени», баталии отсылают зрителя на Кавказ.

«Он сам еще не участвовал в войне, когда учился в юнкерской школе , но такое впечатление, как будто он дрался среди этих фигур, которые он изображает, сам рисунок…», - объясняет хранитель Пушкинского дома Елена Монахова.

Прекрасный физиономист подмечает карикатурные детали внешности окружающих. Не все портреты расшифрованы, но князь Шаховской, к примеру, отличавшийся длинным носом, опознан. Дядя Лермонтова - Алексей Столыпин - беседует сам с собой. Таинственные женские головы с усами до сих пор не получили объяснения. Но раскроют и эти тайны. Кстати, настоящая исследовательская работа может вестись только в Пушкинском доме, уверены лермонтоведы. Никакого другого музея поэта в Петербурге пока быть не может.

«Это невозможно. Для того, чтобы был музей, нужно чтобы было здание и коллекция. Здание в данный момент не принадлежит городу, вопрос о собственности еще не решен - в частном владении. И коллекции у города тоже нет - коллекция принадлежит Пушкинскому дому. Мы ничего из стен передавать не можем, по закону о государственном фонде музейные коллекции неделимы», - отмечает Лариса Агамалян.

Напомним, вокруг одного из лермонтовских адресов в Петербурге долго не утихали споры. Были и митинги, и пикеты - люди требовали открыть в доме музей поэта. Но если нет собрания - что там хранить? Страсти улеглись, и созрело единственное решение.

В доме 61 по Садовой улице, где когда-то Лермонтов написал знаменитые «На смерть поэта» и «Бородино», при определенных обстоятельствах может появиться только культурный центр.
 

Новости культуры