09.04.2014 | 11:37

Театр имени Вахтангова представляет спектакль о последних днях Сары Бернар

«Крик лангусты» или «Ожившее прошлое великой актрисы». В театре имени Вахтангова представляют собственную версию жизни Сары Бернар – вернее, эпизодов из её прошлого, описанных канадским драматургом Джоном Марреллом. Уходящую театральную натуру в постановке Михаила Цитриняка играет Юлия Рутберг. Насколько одной актрисе удалось проникнуть в образ и мысли другой – рассказывают «Новости культуры».

В афише театра Вахтангова появился «Крик лангусты». На русском языке пьеса о Саре Бернар всегда звучала как «Смех лангусты». Создатели нового спектакля взяли версию режиссера Жоржа Вильсона с таким названием. В обоих вариантах играют со смыслом поверья о том, что когда повар отрезает лангусту голову – тот издает крик, похожий на смех.

Об этом издевательском предсмертном смешке ракообразного рассказывает своему секретарю доживающая свой последний год великая Сара Бернар. Первая женщина, которую стали называть «суперзвездой». И актриса, которая всегда болезненно боялась выхода на сцену. Но этот спектакль о другом парадоксе. Император Цейлона дарил Саре Бернар драгоценный веер, она ездила на гастроли в личном поезде. А старость встретила одинокой калекой.

Юлия Рутберг со своей героиней сроднилась. Разница в возрасте ей не просто не мешает, она её не ощущает. Её 77-летняя Бернар не старая – пожилая и величественная. Сара Бернар, которая с ампутированной ногой ещё 7 лет играла на сцене!

«Мощь человека не в его биологическом возрасте, а в жизни человеческого духа и в эмоциях, – считает Юлия Рутберг. – По человек эмоционален, хочет испытывать чувства с ногой, без ноги, когда он способен сидеть только в кресле – невозможно лишить человека жизни и жизнелюбия».

На сцене актеров двое. И кому трудней не понятно. Юлии Рутберг, «лишенной движения». Или Андрею Ильину. Он не просто секретарь Сары Бернар Питу. Вынужден играть здесь и её мать, и наставницу монастыря, и импресарио, и даже Оскара Уайльда. Быть последним партнером Бернар, для который жизнь, даже угасающая, – театр.

«Питу стал и поклонником, и секретарем этого божества в его глазах, – говорит Андрей Ильин. – И то, что они спорят, ругаются, и иногда ненавидят друг друга, они безумно друг друга любят несмотря на это. Мы хотели это донести в спектакле».

«Мне хотелось, чтоб прозвучала такая мысль – мы живы пока нас любят, – признается режиссер Михаил Цитриняк. – Здесь о ценности человека искусства».

Создатели спектакля говорят хоть это и про Сару Бернар, которая провожает свой блестящий XIX век, они будто ставили про свой – ушедший ХХ. Где крик и смех сливались в унисон.

Новости культуры