07.02.2014 | 16:09

Премьера. "История одной мистификации. Пушкин и Грибоедов"

10 февраля в 20:40 в эфире телеканала «Россия К» – премьера документального фильма «История одной мистификации. Пушкин и Грибоедов». Авторы попытались разгадать одну из самых таинственных загадок «золотого века» русской словесности, прояснить многие туманные факты биографии двух русских гениев, проследить непростую историю их взаимоотношений и взглянуть на них как на живых людей, лишенных хрестоматийного глянца.

11 июня 1829 года во время своего путешествия по Кавказу на Бзовдальском перевале близ крепости Гергер Александр Пушкин встретил арбу с телом убитого Грибоедова. «… Два вола, впряженные в арбу, подымались по крутой дороге. Несколько грузин сопровождали арбу. «Откуда вы?» – спросил я их. «Из Тегерана». – «Что вы везете?» – «Грибоеда». Это было тело убитого Грибоедова, которое препровождали в Тифлис». Так поведал о своей последней встрече с Грибоедовым Пушкин. Встреча, которой посвящено несколько абзацев «Путешествия в Арзрум», стала одной из самых красивых легенд русской литературы. Прощание двух гениев на горном перевале, ощущение трагической преемственности и предчувствие собственной гибели. Перевал с тех пор переименован в Пушкинский, а фраза «Грибоеда везут» прочно вошла в наш лексикон и упоминалась с тех пор во множестве некрологов – вплоть до смерти Высоцкого. Но была ли эта встреча на самом деле? Об этом размышляют участники фильма – известные писатели и филологи, специалисты по творчеству Пушкина, Грибоедова и проблеме российско-кавказских связей.

«Мы так привыкли верить Пушкину, что обстоятельства этой встречи на протяжении полутора столетий не вызывали ни малейших сомнений, – рассуждает в документальном фильме «История одной мистификации. Пушкин и Грибоедов» (10 февраля, 20:40) поэт и литературовед Виктор Куллэ. – Лишь сравнительно недавно исследователям пришло на ум сопоставить пушкинский текст с реальным описанием траурного кортежа Грибоедова». Документально установлено, что тело Грибоедова транспортировалось вовсе не на арбе, запряженной волами, а со всеми почестями, в сопровождении воинского конвоя. Так может быть, встречи на перевале не было вовсе? Зачем тогда понадобился Пушкину именно этот эпизод «Путешествия в Арзрум» – причем, жестко привязанный к конкретной дате?

Новейшая филологическая концепция, разработанная Екатериной Варкан и поддержанная такими авторитетами пушкинистики, как Андрей Битов и Сергей Бочаров, заключается в том, что со времен первой встречи 11 июня 1817 года между двумя гениями началось творческое состязание – было заключено своеобразное пари, итогом которого стало создание «Горя от ума» и «Евгения Онегина». Подтверждением этому служат не только многие текстологические переклички, но и практический параллелизм главных героев: Онегин, в сущности, это тот же Чацкий – классический «лишний человек». Самое интересное, что наиболее вероятным прототипом и того, и другого героя являлся давний друг и однокашник Грибоедова по учебе в Московском Университете Петр Чаадаев. Условия договора были соблюдены: созданы «Горе от ума» и «Евгений Онегин», «Борис Годунов» и, к сожалению, дошедшая до нас только фрагментарно трагедия Грибоедова «Грузинская ночь». Чести проигрыша авторы друг другу не уступили. В выигрыше – вся русская литература. Читатели получили бессмертные творения, а литературоведы – неистощимую почву для толкований.

Так почему же в мае 1829 года Пушкин после известия о трагической гибели Грибоедова в Тегеране совершенно неожиданно для окружающих, стремглав бросился на Кавказ? Не для того ли, чтобы отдать долг памяти погибшему другу и литературному сопернику? Доподлинно известно, что летом 1829 года на горе Мтацминда Пушкин плакал и молится на могиле Грибоедова. Не тогда ли у него возник замысел – описать их последнюю несостоявшуюся встречу, приурочив ее к 11 июня, к годовщине 12-летнего соперничества? Вероятно, Пушкин хотел почтить память единственного современника, по отношению к которому испытывал чувство творческой ревности и прорвать информационную блокаду вокруг имени Грибоедова, ведь после его гибели император Николай I постановил: «Предать тегеранскую историю вечному забвению…»

Сразу же по возвращении с Кавказа Пушкин написал «Путешествие в Арзрум», эпизод из которого стал фактически единственным некрологом, которым Россия почтила своего великого сына, поэта и дипломата… В финале «грибоедовского» эпизода Пушкин горько сетует: «Написать его биографию было бы делом его друзей, но замечательные люди исчезают у нас, не оставляя о себе следов. Мы ленивы и нелюбопытны…»

Пресс-служба телеканала «Россия К»