17.01.2014 | 10:45

В столице проходят гастроли "Коляда-театра"

«Коляда-театр» – всегда желанный гость для столичной публики. В Москве уже в четвертый раз проходят гастроли екатеринбургского коллектива. В программе этого моно-фестиваля – 13 самых знаменитых постановок «Коляды-театра». Москвичам покажут сразу три гоголевских постановки: «Женитьба», «Ревизор» и «Мертвые души». Накануне зрители театрального Центра «На Страстном» как раз узнали: почем сегодня ходят мертвые души? Рассказывают «Новости культуры».

Гастроли «Коляды-театра» не первый раз сопровождают ажиотаж, очереди за билетами и переполненный зал. Премьера «Мертвых душ» исключением не стала. Идея этой постановки родилась с костюма. Спортивного. Расписанного под хохлому. Очень модного сегодня, как выяснилось.

«Коляда их сразу скупил все, – рассказывает заслуженный артист России Олег Ягодин. – Все ходят в спортивных костюмах такие. Привет Сочи такой получается. В спектакле очень много всякой русской попсы».

В хороводе под популярный шансон закружило павлово-посадские платки, расписные деревянные доски, цветастые береты с рынка, скалки, сундуки, матрёшки…Клише, пошлость и безвкусицу Николай Коляда возвел в куб.

«Может, провидение какое-то Николаю Владимировичу приходит, – говорит заслуженный артист России Сергей Федоров. – Когда он покупает на рынке такие вещи, которые у нас служат оформлением, декорацией, реквизитом. Он не знал, что это маска протеста. Купил, потому что красиво показалось. Хотел поменять потом, а посмотрел на репетиции – оставляем».

Через всю эту абсурдную современную Россию держит свой путь молодой и модный Чичиков. Держится приблатненно, свободно и весело. Эдакий проныра – ближе к Хлестакову и Остапу Бендеру.

«Молодой аферист, который хочет всё и сразу, – поясняет актер «Коляда-театра» Маким Чопчиян. – Обычный образ молодого чиновника, который хочет сделать имя в нашей России, который умеет очень быстро подстраиваться под разные слои населения».

Калейдоскоп гоголевских характеров Коляда также виртуозно осовременил. А текст классика так хорошо лег, что актёры смеются: именно это, наверное, Гоголь и имел в виду. Плюшкин здесь – криминальный авторитет, вор в законе. Собакевич – политик из глубинки. А Манилов – банкир. Разве что Коробочка – как и в оригинале, просто недалекая русская баба-помещица.

Пародии и параллели уморительны. Только вот эффект – будто ложкой по лбу (той самой металлической, что в руках и за пазухой у героев). По задумке Коляды в конце спектакля Гоголь буквально переворачивается в гробу. И это не от постановки, конечно. Просто уж какой век ничего не меняется.

Новости культуры