21.10.2013 | 10:42

Участники Российского антикварного салона открыли доступ к своим сокровищам

В Москве открылся Российский антикварный салон – событие одновременно деловое, художественное и светское. С каждым годом – и это особенно подчеркивают организаторы – он всё больше напоминает музей. В центре внимания – спецпроекты, в рамках которых торговые сделки не заключаются. На этот раз салон представляет уникальную выставку малых голландцев. Но и среди того, что можно купить – немало подлинных раритетов. Рассказывают «Новости культуры».

Российские антиквары достали свои сокровища. Четыре этажа, забитые роскошью, демонстрируют стабильность рынка старого искусства, которое с каждым годом растет в цене. Коллекционеры, вооруженные лупами, исследуют каждый миллиметр, оценивая произведения, многие из которых разменяли четыре сотни лет.

Коллекция скульптур и картин Михаила Перченко – самая большая в Восточной Европе. Экспонировал в музее изобразительных искусств Пушкина. На антикварном салоне его главный козырь – голландские и фламандские мастера XVI-XVII-го веков. Шедевр Петера Поурбуса «Брак в Кане Галилейской» купил в бельгийском замке: привлекла одна деталь – пальцы Христа на темном фоне.

«Самое трудное в написании – пальцы рук и ног, – говорит Михаил Перченко. – У профессионала никогда не найдете погрешностей в анатомическом рисунке – руки и ноги будут написаны очень выразительно».

Авторство баталиста Адама ван дер Мейлена определяют по яркому голубому цвету. Он достигался благодаря редкому даже во времена Возрождения лазуриту.

«Такая картина ценилась именно по количеству лазурита, который был в десять раз дороже золота», – поясняет Михаил Перченко.

Девять московских коллекционеров дали на антикварный салон 45 картин малых голландцев. Их нельзя купить, можно только смотреть. Среди пейзажей и портретов представлены работы учеников Рембрандта – Яна ван Ставерена и Яна ван Орта. Но главная сенсация - «Бодающиеся быки и коровы» анималиста Паулюса Поттера. Этот образец первоклассной голландской живописи Золотого века последние сто лет считали потерянным.

«У нее русские корни, – рассказывает куратор проекта, искусствовед Вадим Садков. – В конце XVIII века полотно было в коллекции князя Безбородко. Это свидетельствуют номера на картине и сургучные печать канцлера Безбородко».

Ольга Ойстрах, получив в наследство десять ваз Императорского фарфорового завода, сегодня обладает солидной коллекцией стекла и фарфора. Это свидетели правления четырех русских императоров. Многие – в единственном экземпляре.

«Написано ИФЗ, Императорский фарфоровый завод, это время Александра Второго, а метка сделана золотом – единичный экземпляр, – показывает Ольга Ойстрах. – А здесь не золото, а штамп "Александр III". Таких всего пять - десять экземпляров».

Картины русских мастеров – Поленова, Саврасова, Левитана – по-прежнему в цене. Эту картину Шишкина из коллекции Лидии Руслановой конфисковали в 1947-ом, когда певица была репрессирована. Картина пять лет ждала возвращения хозяйки в запасниках Третьяковки. Передвижники уступают только приме русского Парижа – Наталье Гончаровой. Ее чаще всего подделывают на западном рынке. Двухметровый эскиз цикла «Времена года» художница сделала для музыканта Сержа Кусевицкого.

«Ей хотелось вернуться к Дягилевским фигурам, – рассказывает галерист Марина Молчанова. – Но она не повторялась. Конечный холст, центральная фигура одета, а здесь она обнажена, ей хотелось показать пластику тела».

Гончарова работала для издательства Якова Поволоцкого, рупора русской эмиграции. Делала эскизы для Сержа Лифаря к балету Прокофьева «На Днепре», эскизы к «Свадебке» Стравинского. По соседству скандально-знаменитые фовисты – Луи Вальта и Морис Вламинк, раскритикованные в 1905 году на Парижской осенней выставке. Рядом эскиз «Лучницы» Фердинанда Лепке. Чтобы передать женскую красоту, скульптору пришлось приукрасить реальность.

«Она стоит вертикально, при такой позиции нельзя стрелять из лука», – говорит галерист Инна Хегай.

Прошли времена, когда произведения искусства уходили из страны. Теперь они возвращаются. Антикварный салон – не только ярмарка тщеславия, где продается и покупается искусство. Это место, где чувствуется дыхание эпох.

Новости культуры