27.09.2013 | 11:22

"Тангейзер" открывает сезон Музыкального театра Станиславского и Немировича-Данченко

Размышления о платоническом и плотском – в афише Музыкального театра Станиславского и Немировича-Данченко. Постановка «Тангейзер» Рихарда Вагнера приурочена, как и многие другие музыкальные события в этом году, к двухсотлетию со дня рождения композитора. Над спектаклем работала международная команда во главе с латвийским режиссером Андрейсом Жагарсом. Дирижирует постановкой большой знаток вагнеровского наследия, французский маэстро Фабрис Боллон. Съёмочная группа «Новостей культуры» побывала на генеральном прогоне спектакля.

Впервые Театр Станиславского и Немировича-Данченко замахнулся на Вагнера. Судьбу «Тангейзера» доверил Андрейсу Жагарсу. Режиссер, эрудит, светский лев, давно свой на главном вагнеровском фестивале в Байройте. В год 200-летия Вагнера тоже не остался в стороне.
«Для меня это был хороший вызов, в вагнеровском году жить в мире Лоэнгрина и перейти в мир «Тангейзера», - говорит режиссер. – Буду делать еще одного «Тангейзера» с Пражской национальной оперой в другой интерпретации произведения».

Жагарс взялся за дело педантично и основательно. За дирижерским пультом – француз Фабрис Боллон. Виртуоз, знаток Вагнера, получивший специальный вагнеровский приз за «Лоэнгрина». В «Тангейзере» смешал парижскую и дрезденскую версии.
В сороковых, работая над Тангейзером, во Франции Вагнер, не завоевав Париж, уехал обиженным в Германию и написал немецкую версию.
«Нет какой-то определенной версии, - говорит Фабрис Болон. – Каждый дирижер имеет право на собственную комбинацию, чтобы создать уникальную свою».

Артисты поют на двух языках. Любовные сцены Тангейзера и Венеры на французском – они символизируют гедонистическую сторону жизни.
Духовная история любви Тангейзера и Елизаветы – на немецком.
«Для дирижера важно рассказать эти истории. Вагнер словно рисует красками. И нужно уметь их передать», - поясняет дирижер.

Валерий Микицкий в родном театре был на вторых ролях. Тангейзер – шанс выйти из тени. Ради этой партии даже сбрил волосы. Говорит, так острее чувствует своего героя – миннезингера, поэта и певца, посвятившего жизнь поиску абсолютной любви.
«Он надломлен, - говорит о своем герое Валерий Микицкий. – Он потерял вначале смысл той жизни, которая его окружала, в сфере духа потерял силу и ушел в сферу тела».

Не только пугающе сложная музыка, сами истории Вагнера никогда не были простыми. Его герои – сильные, изломанные люди.
Ради Тангейзера Елизавета жертвует жизнью. Эту партию на немецком Наталья Мурадымова учила три месяца, занималась с репетитором.
Наталья Мурадымова, солистка оперной труппы театра, так описывает свое видение спектакля: «Опера про любовь к женщине и про разные ее стороны. Есть чувственная сторона и есть духовная сторона».
Чтобы получить эту партию певица села на строгую диету. И не она одна.

Андрейс Жагарс провел жесткий кастинг. Выбирал не только голоса. «Я просил всех худеть, - признается Жагарс. – Если хочешь делать международную карьеру, очень важно, чтобы форма отвечала требованиям современного театрального и оперного мира».

Художники Андрис Фрейбергс и Кристине Пастернак создали два контрастных мира – темные, лаконичные тона библиотеки, дамы в кринолинах, мужчины в сюртуках – олицетворяют консервативные нравы Германии, мир интеллекта и духовные ценности. Грот Венеры символизирует богемный Париж.

Ларисе Андреевой мешает двигаться жесткий корсет. А ведь ее Венера должна быть легка и обольстительна: «Пытаюсь найти микс между тем, что говорил режиссер, схватить жест дирижера и еще надо Тангейзера любить!».

Умирая, Вагнер говорил: мне есть что сказать о Тангейзере. Он считал эту оперу самой неудачной. Но у Жагарса другое мнение – он намерен сделать так, чтобы московская публика влюбилась в немецкую сагу.

Новости культуры

Читайте также:
Андрейс Жагарс рассказал о ближайших планах